Статья

Он пришёл во исполнение пророчеств

Часть 1 из 2

Джон К. Лоренц

Статья впервые представлена на симпозиуме в Колледже доктора Мартина Лютера, 1993 г. · Часть 1 · Часть 2

У всех христиан есть нечто общее. Они знают, что Господь Иисус Христос для них — всё. Его первое пришествие придаёт смысл всему. Его второе пришествие разрешит всякий вопрос. От вечности Бог Отец предначертал пришествие Своего Сына. Сын послушно следовал замыслу Отца. Бог Святой Дух держит мир в известности через человеческие уста. Апостолы возвестили «силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетённым басням последуя» (2 Пет. 1:16). Как очевидцы, они передают нам достоверные сведения «о всём, что Иисус делал и чему учил от начала до того дня, в который Он вознёсся, дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал» (Деян. 1:1–2). Однако это апостольское свидетельство очевидцев — лишь одно из двух, которые нам даны для укрепления и утверждения нашей веры. «Мы имеем вернейшее пророческое слово» (2 Пет. 1:19). У нас есть исполнившееся пророчество.

Пророчество возвещает и предвозвещает; отсюда и афоризм: пророки провозглашают, и пророки предсказывают. Когда пророчество возвещает, оно незыблемо, как скала.¹ Оно охватывает великие истины о грехе человека и благодати Бога. Когда же пророчество предвозвещает, оно неполно, хотя остаётся столь же незыблемым. Пророчество требует исполнения. До рождения Иисуса Его жизнь и дело были ещё «не сейчас». Пророкам было достаточно верить, что Божья любовь, которой ещё предстояло открыться во всей полноте, так же несомненна, как само бытие Бога.

И всё же ни Моисей, ни Исаия, ни Давид не видели всей картины. Когда эти мужи пророчествовали о Спасителе, Который ещё не пришёл, их вера простиралась вперёд. Пророки жаждали увидеть и услышать своего Спасителя в Его полном откровении. Бог в Своей премудрости оставил эту жажду пророков неутолённой. Значит ли это, что слова пророков были бесплотными, бессвязными блужданиями мысли? Нет. Моисей, Исаия, Давид и прочие пророки не были слепцами, хватающимися за соломинку. В них действовал Дух Христов. Ветхозаветные пророки вели «изыскания и исследования», «исследуя, на которое и на какое время указывал сущий в них Дух Христов» (1 Пет. 1:10–11).

Божье пророчество было чем-то бо́льшим, чем прогноз синоптика о завтрашней погоде. Слова пророка проверялись простым испытанием, изложенным во Второзаконии 18:14–22, особенно в стихах 21 и 22. Если пророк предсказывал верно, значит, говорил Бог. Если же весть провозглашалась от имени Господа, но не сбывалась, значит, Бог не был с этим пророком, и его словам не следовало верить. С годами Бог складывал мозаику грядущего, одно пророчество за другим. В конце концов её оказалось достаточно, чтобы люди веры, когда Иисус пришёл, увидели Его таким, каков Он есть.

Иисус и Сам был пророком. Но поскольку Он был Тем Пророком, Он отличался от всех остальных. Подобно им, Он провозглашал. В отличие от них, Он исполнял. Иисус знал, Кто Он и зачем пришёл. Автор Послания к Евреям говорит нам: «Христос, входя в мир, говорит: …вот, иду, как в начале книги написано о Мне, исполнить волю Твою, Боже» (Евр. 10:5, 7; цитата из Пс. 39:7–9). Он был Богом во плоти человеческой, совершенным Свидетелем, открывающим совершенную Божью любовь. Он знал, что Он — Тот, Кого ожидали пророки. «Не думайте, — сказал Иисус, — что Я пришёл нарушить закон или пророков: не нарушить пришёл Я, но исполнить» (Мф. 5:17). Иисус хотел, чтобы мир знал: Он — подтверждение всего, что написали пророки. По дороге в Эммаус Иисус «изъяснял им сказанное о Нём во всём Писании» (Лк. 24:27). Иисус начал с Моисея и прошёл по всем пророкам. Времени на это у Него было достаточно. Путь из Иерусалима в Эммаус длиной около семи миль (примерно 11 км) занимал, вероятно, пару часов. Вечером в день Воскресения Иисус напомнил ближайшему кругу учеников, что «надлежит исполниться всему, написанному о Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах» (Лк. 24:44). Прежде Он твёрдо сказал: «Истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» (Мф. 5:18).

Легко ли было ученикам соединить пророчество и исполнение? Не сразу! Иисус упрекал Своих последователей, называя их «медлительными сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки» (Лк. 24:25). Как и пророкам, апостолам был нужен Дух Христов, чтобы отверзть их ум. Но когда связь между пророчеством и Господом Иисусом Христом была установлена, исполнение пророчеств стало драгоценной и могучей силой апостольского учения. Апостол Павел писал: «А всё, что писано было прежде, написано нам в наставление, чтобы мы терпением и утешением из Писаний сохраняли надежду» (Рим. 15:4). Пётр смотрел на исполнившееся пророчество как на «светильник, сияющий в тёмном месте» (2 Пет. 1:19).

Новый Завет пестрит ветхозаветными цитатами и аллюзиями, которые связывают Иисуса с пророчеством. Апостолы пользовались Ветхим Заветом по-разному. Матфей и другие евангелисты десятки раз обращают внимание на пророчество и его исполнение вводными словами вроде «тогда сбылось реченное через пророка» или «ибо так написано». За этими словами следуют прямые цитаты. В Евангелиях и Деяниях их более четырёх десятков. Пётр и Иоанн привели Псалом 117:22 в Деяниях 4:11 — «камень, пренебрежённый вами, зиждущими, но сделавшийся главою угла», — чтобы донести до синедриона, что сделали иудеи и что сотворил из этого Бог. Стефан в Деяниях 7 использовал исторические повествования Ветхого Завета, защищаясь от обвинения в том, что он выступает против закона и храма. Его собрат-диакон Филипп предложил эфиоплянину христоцентричное толкование Исаии 53 (Деян. 8:32–33). Помимо прямых цитат, Новый Завет перекликается с Ветхим в выборе слов и выражений. Хороший пример — слова с неба, прозвучавшие при Преображении (Мф. 17:5). «Сей есть Сын Мой Возлюбленный» взято из Псалма 2:7; «в Котором Моё благоволение» — из Исаии 42:1; а заключительные слова «Его слушайте» — из Второзакония 18:15.

А что же мы, живущие между первым и вторым пришествием Иисуса? У нас есть апостольское Слово как неопровержимое свидетельство об историческом Иисусе. Наша вера, рождённая Словом, укрепляется всякий раз, когда мы слышим свидетельство Писания о рождении, смерти, воскресении и вознесении нашего Господа. Мы веруем, хотя Иисус и не пребывает с нами во плоти, как некогда пребывал со Своими учениками. Почему мы веруем? Потому что Дух Христов убеждает нас, что Иисус жил, умер и воскрес ради нас.

Кто-то скажет: были и другие, кто притязал на духовную миссию. Они тоже исторические личности! А как же Будда Гаутама и Мухаммед? А Заратустра и Конфуций? А Джозеф Смит и Дэвид Кореш? Нехристианские религии притязали на души людей, опираясь на этику, харизму, остроту ума или высокое нравственное чутьё незаурядных людей, которые время от времени появляются в истории. Христианство иное. Оно есть истинное откровение истинного Бога через истинного Человека, пришествие Которого с самого начала истории предвозвещали богодухновенные уста. Господь Иисус Христос единствен в своём роде. Он — воплотившееся Слово, как возвещает первая глава Евангелия от Иоанна. Рукотворные религии определяют Бога человеческими словами, произносимыми человеческими языками. Один лишь Бог определяет Самого Себя. Он — «Я есмь Сущий» из Исхода 3:14. Пророчества о воплотившемся Слове подготовили сцену для единственной в своём роде жизни Иисуса. Свидетельство апостолов наглухо закрывает дверь для всякого сомнения в Его единственности. «Мы имеем вернейшее пророческое слово», и мы «хорошо делаем», обращаясь «к нему, как к светильнику, сияющему в тёмном месте» (2 Пет. 1:19).

Но тут возникает вопрос: как нам внимать пророкам, когда они говорят о Господе Иисусе Христе? Как поддерживать горение светильника пророческой истины? Поскольку наша греховная природа воюет против Духа Христова в нас, можно задать вопрос точнее: как нам не погасить свет пророчества?

Свет пророчества погасит пренебрежение связью между пророками и апостолами. Писание едино. Подобно двум глазам у нас на лице, каждый Завет видит Христа. Один предвозвещает. Другой исполняет. Вместе они дают нам духовное «объёмное зрение». Пророчества Ветхого Завета подобны нитям большого гобелена или мазкам краски на холсте художника. Уткнитесь носом в картину — и мало что станет ясно. Отойдите назад — и сцена предстанет очевидной и величественной. Когда мы отступаем на шаг и внимаем и пророчеству, и исполнению, мы можем вместе с пророком Исаией и апостолом Павлом сказать: «Не имевшие о Нём известия увидят, и не слышавшие узнают» (Рим. 15:21; Ис. 52:15).

Другой способ погасить пророческий свет — определять Новый Завет через Ветхий, а не наоборот. Мы знаем, что один из наших глаз ведущий. Так и с Писанием. О заветных отношениях, которые Бог установил с Израилем у горы Синай, Новый Завет возвещает: «Конец закона — Христос, к праведности всякого верующего» (Рим. 10:4). Суть дела — Божье оправдание грешников верой без дел. Ветхозаветное повествование о неверном Израиле — одно огромное доказательство того, что люди не способны сдержать обет верности Богу. Иисус пришёл не для того, чтобы стать новым законодателем и снова поставить человечество под иго. Напротив, Он пришёл как единственный во всей истории человек, Который мог быть свят и остаться святым. Он совершил это, чтобы Бог мог вменить праведность Своего Сына всем как дар благодати. Пророческое слово подобно великолепной раме вокруг прекрасного образа Спасителя. Это роскошная оправа для сияющей драгоценности — совершенной жизни Христа.

Писание даёт нам и собственный образ. Ветхий Завет — тень, а Новый Завет — сама действительность. Об этом говорит Павел в Послании к Колоссянам 2:17, рассуждая о ветхозаветных обрядовых установлениях: «Это есть тень будущего, а тело — во Христе».² Автор Послания к Евреям (10:1) говорит о ветхозаветных кровавых жертвах, заповеданных Богом через Моисея. Такие жертвы — это «тень будущих благ, а не самый образ вещей».³

Истина Ветхого Завета раскрывается в Новом. Слова пророков — бутоны. Весь цветок уже заключён в бутоне, но истина туго свёрнута и отчасти скрыта. Её невозможно вполне увидеть и оценить, пока цветок не распустится. Иисус — этот цветок.

Ещё один способ угасить силу пророческого свидетельства — вмешиваться в текст. Слово — последнее слово. Первый и последний писатели Писания, Моисей (Втор. 4:2; 12:32) и Иоанн (Откр. 22:18–19), торжественно предостерегают от вмешательства в Слово Божье. Мы никогда не должны находить в вести пророков о Христе нечто такое, что добавляет к ясно возвещённому апостолами. Не вправе мы и убавлять у пророков полноту богодухновенного прозрения в тайну Христа, которое они принесли по побуждению Духа.

Какая часть Ветхого Завета является пророчеством? Весь он? Бо́льшая часть? Отдельные части? Только те места, которые Новый Завет прямо называет пророчествами? От ответа на этот вопрос зависит толкование.

Павел утверждает, что дом Божий утверждён «на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем» (Еф. 2:20). Тем самым Павел учит, что основание нашей веры положили две группы авторов. Апостолы были свидетелями. Но свидетелями были и пророки. Апостолы знали, что пророчество не ограничивается шестнадцатью пророками-писателями (от Исаии до Малахии), с которыми мы сразу связываем пророчество. Автор Послания к Евреям говорит: «И Моисей верен во всём доме Его, как служитель, для засвидетельствования того, что надлежало возвестить» (Евр. 3:5). Апостол Пётр утверждает: «И все пророки, от Самуила и после него, сколько их ни говорили, также предвозвестили дни сии. Вы сыны пророков…» (Деян. 3:24–25). О Давиде Пётр говорит: «Будучи же пророком и зная, что Бог с клятвою обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его, Он прежде сказал о воскресении Христа…» (Деян. 2:30–31). Моисей, Самуил и Давид — достойные представители Божьих людей, говоривших во всех трёх частях Еврейской Библии: в Законе, Пророках и Писаниях.

Не слишком ли далеко заходит утверждение, что весь Ветхий Завет есть пророчество? Разве тридцать девять книг Ветхого Завета не содержат историю, жизнеописания, нравственные наставления, сны, беседы и многое другое? Да, содержат. Эти человеческие черты предвозвещают полноту человечества Иисуса. Особенно это касается тех незаписанных подробностей, которыми, как говорит нам апостол Иоанн, можно было бы наполнить книгами весь мир (Ин. 21:25). Мы исповедуем, что во Христе «обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2:9). Более того, мы верим апостолу Павлу, когда он говорит: «Вы имеете полноту в Нём» (Кол. 2:10). Нет, не будет преувеличением сказать, что каждая часть богодухновенного Писания так или иначе указывает на Христа. Через Слово Божье, Ветхий Завет и Новый, мы можем усвоить обетованную полноту, которую Бог желает дать нам во Христе. У нас есть такое ободрение: «А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено… Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса» (2 Тим. 3:14–15). Лютер писал в своём толковании на 2 Цар. 23:1–5:

Мы, христиане, обладаем смыслом и значением Библии, потому что у нас есть Новый Завет, то есть Иисус Христос, Который был обетован в Ветхом Завете, а затем явился и принёс с Собой свет и истинный смысл Писания… Ибо это и есть тот самый главный пункт, от которого зависит всё. Кто не имеет или не хочет иметь должным и истинным образом этого Человека, называемого Иисусом Христом, Сыном Божьим, Которого мы, христиане, проповедуем, тот пусть не прикасается к Библии — вот мой совет. Он непременно придёт к ничтожеству. Чем больше он будет изучать, тем слепее и глупее будет становиться, будь он иудей, татарин, турок, христианин или как ему угодно себя называть.⁴

Не обязательно, чтобы каждая часть Ветхого Завета была пророческой в одинаковой мере. Одни слова пророков выделяются, как лучи прожекторов. Другие отбрасывают лишь смутную тень. Вклад пророков во многом подобен тому, что вносят члены, составляющие Церковь, тело Христово. Каждый член — часть тела, но не все члены — глаза или уши. Одни члены несут меньшие, но всё же важные функции. Рама, в которую Ветхий Завет помещает Христа, имеет много граней. У оправы много сторон. У бутона много лепестков. У тени много очертаний.

Всегда мудро начинать с тех мест, которые Новый Завет называет исполнением пророчеств. Это прожекторы, которые выделяются среди прочего. В их свете мы учимся тщательно исследовать остальной Ветхий Завет. Названные пророчества показывают нам Святого Духа в действии как Толкователя. Одно поражает нас сразу. Бо́льшая часть цитат касается личности и дела Иисуса. Иногда мы тотчас схватываем связь между пророчеством и исполнением. Иногда же толкование Святого Духа оказывается не таким, какого мы ожидали бы. Это подчёркивает, почему пророкам приходилось прилежно исследовать собственные пророчества.

Пророчества, приводимые в Новом Завете, касаются всех сторон Спасителя: Кто такой Иисус, что Он пришёл совершить, где Ему предстояло явиться, когда и как будет исполнен Божий замысел и почему Иисус так важен. Поясним это несколькими примерами. По словам Давида, Иисус — и Господь Бог (Пс. 109:1; Мф. 22:44), и истинный Человек (Пс. 8:5–7; Евр. 2:6–8), и всё же, по Исаии, Он был без греха (Ис. 53:9; 1 Пет. 2:22). Служение Иисуса должно было совершаться в Галилее, как говорил Исаия (Ис. 9:1–2; Мф. 4:15–16).⁵ Но, по Захарии, Спасителю предстояло явиться в Иерусалиме (Зах. 13:7; Мф. 26:31). Иисус пришёл наставить человечество в путях Божьих (Пс. 77:2; Мф. 13:35), понести немощи и болезни людей (Ис. 53:4; Мф. 8:17) и исцелить их раны, как предсказал Исаия (Ис. 53:5; 1 Пет. 2:24). По Захарии, ученики Его оставят Его (Зах. 13:7; Мф. 26:31) и предоставят врагам пронзить Его (Зах. 12:10; Ин. 19:37). Ему предстояло висеть, проклятым, на древе (Втор. 21:23; Гал. 3:13).⁶ И всё же ни одна кость Его тела не будет сокрушена (Пс. 33:21; Ин. 19:36),⁷ и тело Его не истлеет в гробе (Пс. 15:10; Деян. 2:31). Напротив, Он воссядет во славе одесную Бога (Пс. 109:1; Деян. 2:34). Спасение явит себя в последние дни и будет сопровождаться излиянием Святого Духа (Иоил. 2:28–32; Деян. 2:17–21). Дух же, в свою очередь, будет изливаться через проповедь, согласно Исаии (Ис. 61:1–2; Лк. 4:18–19). А для чего это излияние? «О Нём все пророки свидетельствуют, что всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его» (Деян. 10:43).

Исчерпав изучение пророчеств, прямо отнесённых к Иисусу, мы становимся рядом с пророками, которые вели «изыскания и исследования», «исследуя, на которое и на какое время указывал сущий в них Дух Христов» (1 Пет. 1:10–11). В короткой статье можно предложить лишь образец того, что здесь можно найти. Мы воспользуемся словами второго члена Апостольского Символа веры. Он представляет собой краткое изложение апостольского учения об Иисусе. Рядом со словами и выражениями Символа веры, описывающими Иисуса, мы соберём те ветхозаветные понятия и темы, которые предвозвещали полную истину новозаветной вести.

Верую… во Иисуса… Иисус — особое имя, избранное Богом для сына Марии (Лк. 1:31).⁸ Оно означает «Господь спасает». Ветхий Завет — это череда спасительных деяний Господа. Ной и его семья сохранены в ковчеге (Быт. 6–9). Потомство Иакова проведено через Красное море (Исх. 14). Израиль принесён как бы на орлиных крыльях к горе Божьей (Исх. 19:4) и приведён в Обетованную землю, как овцы, ведомые пастырем (Пс. 77:52–55). Чародей Валаам потерпел неудачу в своём намерении проклясть народ Божий (Чис. 22–24). Иисус Навин при Аиалоне, когда остановилось солнце (Нав. 10), и при прощании, когда он вспоминал прошлые спасительные деяния Бога (Нав. 24).⁹ Гедеон, победивший при Море с горсткой людей (Суд. 7). Самуил, повернувший судьбу Израиля при Авен-Езере (1 Цар. 7). Давид, сразивший Голиафа (1 Цар. 17). Есфирь в Пурим, Даниил во рву со львами (Дан. 6) и остаток Израиля, возвращённый на Сион во дни Ездры и Неемии.

Верую… во Иисуса Христа… «Христос» означает «Помазанник». Иисус был призван исполнить всё, что пытались, но не смогли совершить помазанники Ветхого Завета. Священство Аарона служило духовным нуждам народа Божьего в Силоме почти 400 лет. Священников помазывали, чтобы они приносили жертвы (Евр. 5:1), отличали обрядово чистое от нечистого (Лев. 10:10) и учили народ (Лев. 10:11; Мал. 2:7). Но священники не соответствовали Божьему мерилу совершенства. Священники были грешниками — от Аарона, изготовившего золотого тельца (Исх. 32:1–6), до сыновей Илия, осквернивших святилище (1 Цар. 2:12–17, 22, 25).¹⁰

Бог помазывал царей, чтобы они пасли народ (2 Цар. 5:2; 7:7) и были стражами Божьей истины (Втор. 17:18–20). Некоторые, как Давид и Соломон, служили духовным нуждам народа, но у всех были глиняные ноги. Грех Давида с Вирсавией и убийство им Урии повлекли за собой череду мятежей, которые раздирали ткань царства. При всей мудрости Соломона он правил нехорошо, когда нарушил три запрета, установленные Моисеем (Втор. 7:25) и Иисусом Навином (Нав. 23:7, 12): запреты на смешанные браки, на союзы с хананеями и на идолопоклонство. Саул, первый царь Израиля, покончил с собой (1 Цар. 31:4). Седекию, последнего царя Иудеи, ослепили, после того как он увидел избиение царского потомства, а Иерусалим и храм тлели в пепле (4 Цар. 25:7).

Пророков помазывали, чтобы они говорили правду, всю правду и ничего, кроме правды (3 Цар. 17:24; 22:16). В последние годы ветхозаветной эпохи пророки возвышались над всеми. Они проповедовали грех и возвещали благодать, чтобы уберечь развращённый, идолопоклоннический Израиль от проклятий закона, которые он с лихвой заслужил. Однако пророки не остановили скольжения Израиля к гибели. Неудача пророков, как и всех ветхозаветных «христов», научила Израиль надеяться на лучшего Христа, Которому предстояло прийти.

Верую… во Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного… Говоря от имени Бога, пророк Осия сказал: «Когда Израиль был юн, Я любил его и из Египта вызвал сына Моего. Звали их, а они уходили прочь от лица их» (Ос. 11:1–2). Господь избрал Израиль из всех народов, чтобы показать Своё желание включить род человеческий в Свою семью. Через завет, заключённый на Синае, Небесный Отец выделил Израиль как первенца среди всех народов (Исх. 4:22; Иер. 31:9).

Эта истина обновлялась в каждом поколении через выкуп первенцев (Исх. 13:11–13). При выходе из Египта первенцы колен были выкуплены: за каждого первенца отделяли одного человека из колена Левия. Поскольку левитов не хватало, нескольких первенцев пришлось выкупить пятью сиклями серебра (Чис. 3:11–13, 41). В последующих поколениях первенцев продолжали выкупать деньгами.¹¹ Левиты оставались «ценой выкупа» на протяжении всей остальной ветхозаветной истории. Их особыми обязанностями были служение у жертвенника, сожжение жертв и учение закону (Втор. 33:8–10). «Первенец» — также слово, которым описывается мессианский наследник престола Давида (Пс. 88:28).

Каким бы сильным ни было понятие первенца в Ветхом Завете, ни левиты, ни израильтяне не могли сделать большего, чем предвозвестить единственного и единородного Сына Божьего. Израиль не мог ответить на совершенную любовь Отца собственной совершенной любовью. С самого начала Израиль оказался блудным сыном. «Отцы наши в Египте не уразумели чудес Твоих, не помнили множества милостей Твоих, и возмутились у моря, у Чермного моря» (Пс. 105:7). Первые главы Книги Судей рассказывают, как поколение за поколением отпадало от веры. Несостоятельность левитского «духовенства» в Израиле особенно видна в главах 17–19 Книги Судей. Позднее десять колен обесчестили своё первородство, поклонившись тельцам (3 Цар. 12:28–30), — то, что их отцы некогда уже сделали у горы Синай (Исх. 32:4, 8). Царства Израильское и Иудейское оказались чрезмерно религиозными. Обрядов, жертв и богов у них было в изобилии. Но пророки осуждают эту религию, рождённую от многих отцов. Она отошла от завета единого и единственного Отца. В ней не было отеческой любви. Поистине, чем больше Отец изливал Свою любовь на Израиль, тем дальше уходил от Него Его избранный «сын». Своенравный Израиль наглядно доказал, что грешные люди не могут соблюсти завет с Богом. Эта невозможность — тема первых глав Послания Павла к Римлянам.

Иисус Христос, единородный Сын Отца, был единственным человеком, Который совершенно исполнил закон (Евр. 4:15; Рим. 5:17). Он был истинным Первенцем (Рим. 8:29) всего творения и всякой твари (Кол. 1:15–16), а также Первенцем из мёртвых (Откр. 1:5). Своим делом Иисус созидает «церковь первенцев, написанных на небесах» (Евр. 12:23). Матфей (2:15) показывает нам, как Небесный Отец призвал Своего Первенца и Единородного из Египта, как некогда призвал Израиль. Этот Сын преуспел там, где потерпели неудачу Израиль и левиты. Иисус был «свет к просвещению язычников» и «слава народа Твоего Израиля» (Лк. 2:32).

Продолжение следует: часть 2 →

Примечания

* Автор — президент Колледжа доктора Мартина Лютера, Нью Алм, Миннесота. Эта статья была впервые представлена на симпозиуме в Колледже доктора Мартина Лютера 15–17 апреля 1993 г.

¹ В английском языке ожидаемое выражается будущим временем глагола. В еврейской грамматике это не так. Глагольная система еврейского языка оперирует понятиями достоверности и недостоверности. Из двух этих форм для выражения пророчества предпочтительна форма достоверности.

² Греческое σκιά, «тень», — это изображение, возникающее от преграждения света: оно даёт очертание без подробностей. Греческое же σῶμα, «действительность», означает физическое тело.

³ Здесь греческое слово для действительности — εἰκών, сам образ в противоположность подобию.

⁴ Цит. по: Oswald & Robbert, Luther as Interpreter of Scripture (Concordia, 1982), p. 121.

⁵ Исаия предвозвещает, что мессианский свет явится в земле Завулоновой и Неффалимовой, то есть в Галилее. Матфей приводит слова Исаии, когда Иисус переходит из Назарета (в земле Завулона) в Капернаум (в земле Неффалима).

⁶ Пророчески возвещён и крест как орудие спасения, а не позора. Моисей вознёс в пустыне медного змея, чтобы спасти умирающих (Чис. 21:8–9). Иисус относит это к дару вечной жизни, совершённому Его распятием (Ин. 3:14–15).

⁷ Кости пасхального агнца нельзя было сокрушать (Исх. 12:46; Чис. 9:12).

⁸ На протяжении веков, предшествовавших рождению Иисуса, Бог вмешивался, чтобы давать или изменять имена, часто в связи с ключевыми событиями истории спасения. Господь дал новые имена Аврааму — «отец множества» (Быт. 17:5), Сарре — «княгиня [царей]» (Быт. 17:15) и Иакову — «тот, кто борется [с Богом] и побеждает» (Быт. 32:28). Имена многих ветхозаветных верующих были короткими предложениями-свидетельствами, например Илия — «Мой Бог — Господь». Ангел дал имя предтече Иисуса — «Иоанн», то есть «Бог милостив» (Лк. 1:13, 60).

⁹ Прощаясь, Иисус Навин спросил Израиль, желает ли он хранить завет Божий. Когда народ ответил согласием, Иисус Навин внушил им, что успех придёт только через вмешательство Бога. Иисус Навин напомнил о призвании Авраама из идолопоклонства, об исходе Израиля из Египта, о неудаче Валаама и о завоевании Ханаана.

¹⁰ Библия честно изображает вождей — то, чего древние вожди чужих земель почти никогда не делали. Неудачи вождей Израиля служат намеренным контрастом к полной победе Иисуса, совершенного Помазанника.

¹¹ Согласно Мишне (Берахот, viii, 8), это совершалось на 40-й день после рождения младенца мужского пола. Мария и Иосиф, вероятно, следовали этому обычаю, принося Иисуса в храм (Лк. 2:27).